Краткий справочник составлен с целью разъяснения смысла основных терминов и понятий, связанных с русским ремесленным производством и декоративно-прикладным искусством.

Общие понятия

Мифология

Дом

• Венец — один горизонтальный ряд бревен в срубе, связанный в углах врубками.

• Голбе́ц — ящик в виде шкафа с дверцами, пристроенный из досок сбоку печи во всю ее ширину. Отсюда лестница вела в подполье. Во многих северных деревнях, а также на Алтае голбец расписывали красками.

• Горница — парадная комната в крестьянской избе; иногда находится на втором этаже. Название происходит от слова «горняя», что означает «наверху».

• Изба — русский срубной жилой дом: сельский и до XVII—XVIII вв. также городской. В первоначальном значении — отапливаемое помещение («истобка»). Изба строилась из бревен, скрепленных в венец, иногда имела нижний этаж — подклет.

• Клеть — в русской деревянной архитектуре: сруб, простейшая конструкция, образуемая положенными друг на друга венцами из бревен. Клетью называется также неотапливаемая часть избы.

• Конёк, конь, князь, князёк — в русском деревянном зодчестве: скульптурное завершение (в виде коня или птицы) бревна-о́хлупня, венчающего крышу.

• Ко́ник — широкая лавка у двери, рабочее место хозяина дома. Вертикальная боковая доска ее нередко вырезалась сверху в форме конской головы. На конике мужчины обычно занимались хозяйственными работами, поэтому эта лавка считалась мужской.

• Красный угол (передний, большой, святой) — духовный центр избы, обращен к юго-востоку. Здесь всегда стоял обеденный стол, висели иконы, украшенные ткаными и вышитыми полотенцами. С ним были связаны самые значительные события в жизни крестьянской семьи.

• Ку́рица — деталь кровли, представляющая собой тонкий ствол дерева с корневищем, имеющим вид крюка, иногда художественно оформленного. На крюки укладывалось бревно с желобом («водотечник», «водопуск», «водосток — поток»).

• Лобовая доска — доска, закрывающая переход бревен стены к доскам фронтона избы. Обычно украшена резьбой.

• Наличник — нарядное резное обрамление оконного проема.

• Оче́лье (от слова «чело» — лоб) — фигурная резная доска, украшающая верх наличника окна народного жилища. Поверхность очелья украшалась тонкой ажурной или рельефной резьбой, где наряду с растительным орнаментом вырезались фигуры львов, фантастических птиц, берегинь.

• Полавочники — полки над лавками, расположенные по периметру внутри избы. 

• Полати — деревянный настил, укрепленный под потолком в задней части избы от печи до боковой стены. 

• Полоте́нце — короткая резная доска, закрывающая стык причелин.

• Причелина — в русской деревянной архитектуре: резная доска на фасаде избы, идущая по свесу крыши и закрывающая спереди торцы подкровельных слег.

• Сени — внутреннее помещение избы, расположенное сразу же за входом — крыльцом.

• Сруб — конструктивно связанные ряды бревен, образующие стены постройки.

• Фронтон, или щепец (чело), — треугольное поле под двускатной крышей. «Фронт» — лоб. Фронтон — лобовая часть крестьянского дома.

Быт

Одежда

Виды ремесла

Ремесленная техника

Матрешки, татарушки, майданская игрушка

В конце XIX века в Заволжье, на Керженце начало появляться много новых видов игрушки: токарной расписной в Семенове и Меринове и топорно-щепной в Федосееве. Сегодня не знают себе равных семеновские матрешки. Токари умудряются вытачивать до 30 и более вкладных матрешек, а живописцы расписывают их неулыбчивый лица и алые букеты в руках.
В 1920 - 1930 годы у семеновцев появились соперники, по-своему развивающие токарную игрушку и приемы ее росписи. На Нижегородской области в многолюдном селе Полховский Майдан, а с недавних пор и в деревеньке Крутец, мужчины точат, а женщины расписывают анилинами по крахмальному грунту с последующей лакировкой озорные майданские "тарарушки": грибы-копилки, яйца, цилиндрические коробки, коробки-яблоки, свистульки птицы, матрешки и т. д.

Узоры наносят пером черной краской, располагай внутри контуров пятна чистого яркого цвета. Рисуют цветы, плоды, домики по берегам речек. Домики стоят под развесистыми чудо-деревьями, на ветвях которых растут и яблоки, и груши, и ягоды. За домиками горят малиновые закаты. Все здесь преувеличенно сказочно. В росписях же матрешек проявляются бытовые черточки. Из цветов, покрывающих игрушку, выглядывает только строгое лицо, обрамленное черными локонами. Эти локоны - подлинная деталь старинного местного женского наряда. Женщины убирали волосы под кокошник, девицы-под ленты, а вокруг лица и головной убор втыкали черные завитые штопором, как кудри, перышки селезня.
Лица матрешек рисуют лаконично, создавая обобщенный образ деревенской красавицы. Каждая майданская мастерица-красильщица по-своему воплощает этот идеал красоты. Мастерицы с недавних пор дополнили контурный рисунок свободными мазками кистью. Обогатилась и палитра. Холодные и теплые цвета смело соседствуют, создавая напряженность гаммы. Расписные "тарарушки" праздничны и задорны.
Майданскую игрушку не сразу причислили к кругу изделий народного искусства. Но как все истинно талантливое, идущее из глубин народного творчества, майданская игрушка утверждает свою жизненность, ныне это одно из ярких проявлений нашей современной художественной культуры. Продают эту игрушку на базарах от Прибалтики до Дальнего Востока. 

Шуйская игрушка

Лошадок, упряжки, кукол, птичек, похожих на нижегородскую "топоршину", делали во второй половине XIX века в Шуйском уезде Владимирской губернии. Расписывали фигурки мелом и суриком на клею. Возможно, здешние мастера переняли некоторые навыки изготовления игрушек у своих ближайших соседей из Балахнинского уезда, где и материал покупали, так как своего дерева не было.
Промысел процветал в 1860-1880-е годы и, видимо, в конце XIX века прекратился. Но в крупнейших музейных коллекциях страны есть красные коники, самодовольно вскинувшие головы под дугой из прутика и крепко упершиеся ногами в дощечки на колесах.
На подставке укреплена и повозочка, как в пуроховско-городецких упряжках, сколоченная будто на живую нитку. Действительно, топорщина, щепной товар! И куклу-крестьянку в высоком кокошнике тут вырезали из отщепов поленьев, а затем раскрашивали в неяркие цвета и наносили простые узоры, наподобие тех, что в деревенской набойке.
Но образы получались внушительные. Все бабы статные, с насупленными бровями на круглых, слегка намоченных угловатыми порезками лицах. Игрушечники из Шуйского уезда, несмотря на некоторые заимствования, сумели создать свой стиль, отличающийся от пуроховско-городецкого.

Подмосковная игрушка

В Александровском уезде Владимирской губернии Троицо-Сергиев Посад и расположенное от него приблизительно в 27 километрах село Богородское уже в XVII веке стали крупным центром производства игрушек.
В 1965 году отмечалось трехсотлетие этого старейшего очага народного творчества. Игрушка Подмосковья отличается от северной и от поволжской. Ее особенности формировались под воздействием Москвы. Известно, что в XVII веке при Оружейной палате делали игрушки "с живства". Традиция реалистической игрушки непоколебима в Богородском и до сегодняшнего дня.
Богородское и Посад издавна кооперировались. Богородские "балбешники" из чурок-балбешек резали игрушку и на возах доставляли к сергиевским "красилам". Те ее раскрашивали: дорогие сорта эмалевыми, дешевые - клеевыми красками. Тут же и продавали. Скупщики и владельцы торговых складов распространяли ее большими партиями.
В Посаде тоже было немало хороших резчиков, которые работали при крупных мастерских. Кроме резной игрушки, они делали и деревянные формы-болвашкн для игрушек из папье-маше: фигурки птиц, зверей, домашних животных, "пузанов" - сатирически изображенных купцов, "пеленашек" - барынь в узких платьях, "кувырканов" - ванек-встанек.
Эти болвашки, старейшие образцы подмосковной игрушки, представлены в музее. Они созданы в первой половине XIX века. Сколько раз нож разрезал на них просохшую бумажную массу, повторявшую форму фигурок! С боков у болвашек так и остались глубокие борозды.
Но повреждения не мешают сейчас любоваться этими скульптурами из почерневшего дерева, выполненными мелкими осторожными срезами, выявляющими формы тела человека и животных, фактуру оперения птиц, шерсть зверей, детали одежд. Господа изображались с оттенком сатиры, простые люди - с симпатией.
Созданные в середине и во второй половине XIX века деревянные игрушки Подмосковья - это целая галерея персонажей, будто пришедших в музейные витрины из эпохи дореформенной России. В изысканных сложных костюмах жеманно и глуповато улыбающиеся дамы и кавалеры, гусары и барыни стоят на треугольных подставках, слегка выдвинув ногу и чуть склонив голову.
Простыми приемами резьбы ножом и долотом переданы тяжелые и легкие ткани, мех, кружева, ленты. Это сравнительно дорогие, сверкающие красками куклы из трехгранных чурок 30-40 сантиметров высоты или из крохотных кусочков дерева 2-5 сантиметров. И наряду с ними "серый" дешевый товар из отходов, из плоских неровных отщепов. Тут парад нарушается. Богородские "фигуристы" и посадские мастера "по личному долу" дают волю юмору, изображая Нянек, монахов и монахинь, всевозможных солдатиков и вновь гусаров и барынь, но напыщенных, со свирепыми лицами. Режут фигурки упрощенно, выявляя декоративную ритмичность силуэта, и раскрашивают "с маху". Непосредственность исполнения делает этот ряд игрушек, может быть, выразительнее тех, торжественных и нарядных.
На протяжении XIX столетия складываются стилистические особенности подмосковной игрушки. В столбоватости фигур, фронтальности явно проступает чисто народное понимание скульптуры как объема, подчиненного тому блоку, из которого он высвобождается. В то же время вытянутость пропорций, по-архитектурному четкое членение форм и их соразмерность, композиционная строгость обнаруживают значительное влияние на парадную игрушку искусства классицизма, мелкой фарфоровой пластики.
Воздействие последней особенно заметно в росписи игрушек. Недаром ими как декоративными статуэтками часто украшали горки и комоды вместо недоступных по цене фарфоровых. Кроме окрашенной игрушки, богородские мастера делали и неокрашенную.
В ней также проявляются черты жанровой скульптуры и чувствуется воздействие но только фарфора, но и лубка. Главные герои - крестьяне-труженики, то опоэтизированные, то комические фигурки. Одна из лучших игрушек этого круга в собрании Русского музея - "Крестьянин с барашком" - была экспонирована в 1965 году на юбилейной выставке богородского искусства в Москве.
Занимательны игрушки с движением - "Кузнецы", "Чаепитие", "Рубка капусты", "Клюющие курочки" на раздвижных планках, па кругах, с веревочками и гирьками-противовесами. Они лишены статуар-пости. Формы приземистых, большеголовых человечков с резкими чертами лиц решепы упрощенно. Характер резьбы энергичный. Порезки контрастируют с гладкими поверхностями, обработанными наждачной шкуркой. Вся массовая подмосковная игрушка конца XIX - начала XX века приобрела эту грубоватость.

Деревянная игрушка - яркая самобытная область народного искусства. "Болвашка", "тарарушка", "щепной товар", как называли ее раньше, создавалась для забавы детям. Грубоватые, но выразительные фигурки зверей, птиц, человека были любимы в народе.
Игрушки делали из осины, березы, сосны, липы. Их вырубали или вырезали из чурки, куска доски. Основными инструментами служили топор и нож в некоторых случаях применялось долото. Игрушечник учился мастерству с детства, постигая мудрую простоту технических приемов.
Игрушка подчиняется законам скульптуры. Вместе с тем она близка фольклору, сказке, лубочной картинке своим юмором и весельем, приемами типизации образов, а подчас и сатирической остротой характеристик.

Содержание игрушке всегда давали жизнь, природа и человек. Изображая человека, мастера умели показать в нем представителя определенной среды: крестьянку, даму-госпожу, мужика, барина, офицера, торговца. Когда в XIX веке особенно возрос в народном искусстве интерес к жанру, к изображению бытовых конкретностей, в деревянной игрушке появились тройки и рабочие упряжки, няньки с младенцами, пахари и пастухи, пряхи за работой, солдаты и т. д.
Но возможности отражения действительности в игрушке ограничены самим ее назначением - быть предметом для игры и тем, что она является произведением декоративно-прикладного искусства. У нее свои особенности, которые точно подметил А. В. Луначарский: "... игрушка заряжена совершенно определенной психологией. Она отражает... упрощенный, юмористически или патетически преломленный,- словом, в самом широком смысле слова стилизованный объект, взятый из живой жизни".
Обобщать, выделяя в изображаемом лишь самое главное, характерное и типичное, находить обобщению художественную декоративную форму - этот основной принцип работы народного мастера в полной мере реализовался в деревянной игрушке, притом с особой смелостью и размахом фантазии.

История деревянной игрушки

В России исторически сложились три крупных зоны изготовления игрушек: Север, Поволжье и Подмосковье. Здесь закреплялись технические и художественные приемы, определившие стилевое своеобразие местных изделий.
До нас в основном дошли образцы XIX века. От XVIII столетия почти ничего не сохранилось. А об игрушках XVII века можно узнать лишь по документам того времени. О произведениях более ранних эпох сообщают археологи. При раскопках в Новгороде, Старой Ладоге, на реке Ояти они обнаружили древние деревянные игрушки, хорошо сохранившиеся во влажной почве.
Простейшие игрушки представляют собой слегка подправленные ножом сучки с неожиданными изгибами. Часто это плывущие птицы, настороженно вытянувшие шеи или нахохлившиеся. Художественная форма подобных игрушек диктовалась особенностями строения дерева. Эти игрушки делали всегда и везде, где есть лес, поэтому датировать эти образцы затруднительно.
Возможно, они были сделаны в XIX веке. Такие игрушки связаны с древней традицией изготовления охотничьих чучел-"маних" и предметов домашнего обихода из пней, коряг и суков.
В Вятской стороне возник необычный тип игрушки, "моховики" - сумрачные дровосеки и старухи с вязанками хвороста, сверченные из мха, коры и лыка. Руки у них из еловых шишек, лица деревянные, подрисованные карандашом. Об их производстве почти ничего не известно. В 1890 году на Всемирной выставке в Париже эти игрушки были "с восторгом встречены парижанами", - как писалось в отчетном докладе Вятского земства.
В 1930-е годы подобные игрушки из мха делал один кустарь в деревне Марьино Кировского района. Уцелели единичные экземпляры, ставшие уже уникальными. И в Русском музее хранится несколько моховиков.
Северная игрушка представлена наиболее характерными образцами. Это куклы-бабы, кони, птицы, упряжки, лодки, погремушки-головоломки. Их немного, но интерпретация очень различна.
На Онежском полуострове были сделаны куклы-"панки", столбоватые фигуры с конусообразной или круглой головой и плоско стесанной лицевой частью. Они строго фронтальны. Глаза, рот, нос обозначены впадинами и врезами, рун пот или они едва намечены. Скупой орнамент исполнен порезками, выжжен раскаленным гвоздем. Ученые видят в суровом идольском характере онежских кукол связь с культовыми фигурками предков.

Коники, коньки-горбунки, каретки

Коники - это и кони-колоды, на которых дети ездят верхом, и небольшие фигурки. Форма их подчинена вытянутому бруску дерева, из которого они сделаны. Фигурки эти преувеличенно грузны по пропорциям, массивны. У них четко выражены грани туловища, ноги кубоватые.
В силуэте преобладают горизонтальные и вертикальные линии. Позы коников с Мезени и Печоры более динамичны: мощные шеи их круто изогнуты, ноги, на которые опирается могучее тело животного, не всегда расчленены, но поставлены словно в беге.
Монолитностыо, эпической величавостью кони близки монументальной скульптуре охлупней и тем фигурам, которые украшают северные ковши и солоницы. Такие игрушки нигде но продавались. Их делали для себя и соседских детей из отходов дерева, строя дома, карбасы. Поэтому подобные игрушки, хотя и были распространены на Севере, теперь в музейных коллекциях представляют большую редкость.
Вблизи городов с развитыми ремеслами и крупными ярмарками, благоприятствовавшими кустарному промыслу, в XIX веке существовало массовое изготовление игрушек. Известны кадняковские, вологодские, устюжские игрушки. Особенно интересны новгородские Кирилловского уезда. Это изысканные по силуэту копи-колоды на колесах, "каретки" с двуглавыми кониками и тесанные из дощечек плоские коники с лебединым изгибом шеи, с острыми ушами и характерным выступом-зарубкой на спине, означающим седло. Условности формы кирилловских коников соответствует отвлеченная огненно-оранжевая раскраска и штриховая роспись черными полосами, крестами, кругами.
Образ коня лишен обыденности. В нем нашли отражение черты языческой символики и сказочно-поэтических вымыслов. При сравнении произведений северных игрушечников XIX-XX веков с найденными при раскопках древнего Новгорода оказывается, что все типы игрушек, уже существовали в те далекие времена. Кирилловские коники - прямые наследники древней новгородской игрушки.
На севере художественные связи с прошлым оказались наиболее устойчивыми. Преемственность, сила древней традиции постоянно обнаруживаются в искусство местных художественных школ.
Основные типы северных игрушек просуществовали до начала XX столетия, кирилловские делались и в 1930-е годы. А на Онежском полуострове, на Мезени, Печоре и сейчас иногда вырубят из чурбака традиционную архаичную фигурку.
В Нижегородской губернии, издавна развивались разнообразные промыслы: дужный, тележный, сундучный, точение и роспись посуды, резьба и роспись прялочных донец, точение веретен. Развит был и игрушечный в районе села Пурех Балахнинского уезда - па правобережье Волги, в деревнях Сумино, Ельзелькино, Яковлево. Там делали различные каталки, меленки, коников. Наиболее древние виды игрушки - оседланные коники и "колески" (две развернутые в плоскости конские головы, вырезанные из дощечки и поставленные на колеса), их украшает символичный древний орнамент из белых концентрических кругов.
Коники по силуэту тождественны кирилловским "конькам-горбункам". По-видимому, традиции мастерства северных игрушечников XV века проникли на Волгу с новгородскими переселенцами, которых Иван III выселял в Нижегородские пределы, в Балахнину.
Во второй половине XIX века возник иной тип пуреховской игрушки, с элементами жанра: кони, впряженные в коляски, кареты. Их головы в яростном движении склонены к земле...... - кони будто полны неудержимой силы. Есть в них что-то общее и с гарцующими копями, изображенными на городецких донцах. В цветочной росписи заметно явное родство.
У пуреховских мастеров возникло разделение труда: в одних деревнях резали "белье", то есть изготовляли фигурки, в других расписывали. В 1930-е годы промысел пережил период подъема. Игрушки стали делать и в Курцеве, недалеко от Городца.
Об удивительной живучести в пуреховско-городецкой игрушке старых традиций свидетельствует сохранившаяся от древнего символического коня-солнца красная "масть" и лучистые звезды - знаки светил на шеях коней.

Сюжеты сказок и былин в искусстве Палеха

Праздничностью, яркостью образов отличаются произведения на темы волшебных народных сказок, литературных произведений. Художники создали свою пушкиниану - множество произведений, вдохновленных мотивами поэм и сказок великого поэта. Палешане не просто любят поэзию Пушкина, но и понимают музыкальность, ритмичность его стихов, стремятся воплотить их в красках и линиях миниатюр, сделать зримыми знаменитые образы.

 

Ларец "Сказки Пушкина"

Ларец "Сказки Пушкина" (1949) заслуженный художник РСФСР А. В. Борунов (р. 1920) украшает миниатюрами на темы четырех сказок и вступления к поэме "Руслан и Людмила". Изображенная художником форма старинного русского ларца-теремка с четырехскатной крышкой подсказала характер живописного оформления. Это поистине драгоценный ларец сказок: кажется, если откинуть крышку, то и изнутри польются сказочные речи.
На крышке изображены герои пролога "У лукоморья дуб золеный": страшный леший в просвете призрачно-зеленой пещеры, лохматая баба-яга, могучие витязи, выходящие из моря. Но главное действующее лицо - сам поэт.
Под раскидистым дубом сидит в мечтательной позе А. С. Пушкин. Художник передает портретные черты, и в то же время создает образ условный, сказочный. Об этом говорят романтические одежды, фантастическое окружение. Герои пролога как бы появляются из глубины черного фона, будто витают в воображении поэта.
В ларце Борунова орнамент покрывает закругленные скаты крышки сетью тончайших вьющихся линий. Он органично вплетается в сюжетную роспись и обрамляет изображения золотого петушка, золотой рыбки, бочки в волнах, хрустального гроба мертвой царевны. Скаты представляют своеобразные орнаментальные заставки к живописному "тексту" сказок на стенках ларца.
Художник не старается показать развитие сюжета. Избирая одну линию повествования, в росписи стенки ларца на тему "Сказки о мертвой царевне и семи богатырях" Борунов рассказывает историю царевны и королевича Елисея.
Избегая драматически напряженных сцен, художник ведет рассказ плавно, неторопливо, особо отмечая лирические эпизоды. Так, в одном из эпизодов он образно передает обращение королевича за помощью к природе - к цветку, растущему па горе, в которой лежит хрустальный гроб.
Борунов придает в миниатюрах большое значение пейзажу. Живое чувство природы, сочетаясь с тонким пониманием духа сказки, помогает художнику создать образ могучего дуба - центра волшебного мира Лукоморья и раскидистой ели в "Сказке о царе Салтане". Художник видит в каждом дереве, цветке сказочный образ, выявляет в них особое поэтическое содержание.
Палешане отражают в своих работах мир русских былин, народных песен и легенд. Нередко обращаются художники к различным литературным произведениям: прозе Гоголя ("Чичиков у Манилова" В. М. Салабаиова, "Птица-тройка" И.И.Голикова), к сказам Бажова ("Каменный цветок" Т. И. Зубковой) и др.

"Птица-тройка"

Образ гоголевской птицы-тройки запечатлен в миниатюре заслуженного деятеля искусств РСФСР И. И. Голикова (1886-1937). Уже в самом литературном источнике тройка стала символом русской удали, раздолья, неукротимого бурного движения.
Голиков придает образу приподнятость. Тройка кажется видением, внезапно возникшим в красновато-золотистых облаках.
Основной прием, который использует художница, - тонкий золотой штрих, гибкая линия. Упругий налитой контур обрисовывает силуэты мощных коней; золотом штрихов струятся их гривы. Мерцание завитков создает ореол вокруг скачущей тройки. Кайма орнамента, бегущая по краю шкатулки, вторит захватывающему движению коней.
Динамичность композиции, виртуозный рисунок, сочетающий узорчатость мельчайших штрихов и гибкость сочных линий, делают эту работу одним из лучших произведениям И. И. Голикова.

"Снегурочка"

Художница но оставляет в стороне и литературные сюжеты. "Снегурочка" А. Н. Островского -  чистая и поэтичная сказка - увлекает ее по только драматической завязкой сюжета, но и богатством эмоциональных оттенков.
На сторонах и крышке вытянутой коробочки она располагает миниатюры, представляющие различные эпизоды сказки. На передней стенке шкатулки в изображении совмещаются две сцены, резко различные по настроению. В одной части девушки кружатся в хороводе на фоне богатых хором, украшенных башнями. С другой стороны виднеется ветхая избушка Бобыля, перед которой располагаются главные действующие лица. Беспечному девичьему танцу противопоставлена трагическая сцена объяснения Мизгиря и Купавы. Главных персонажей сказки можно отыскать безошибочно. Их выразительные позы и жесты точно раскрывают содержание эпизода.
В создании образов большую роль играет цвет. Безучастная ко всему Снегурочка отрешенно сидит за прялкой, ос холодность подчеркнута ледяной голубизной одежды. "Торговый гость" Мизгирь наряжен в богатый малиновый плащ, а легкую рубаху Леля как будто само солнце окрасило в теплые желтовато-розовые тона.
Краски у Зубковой удивительно щедрые и яркие, миниатюры переливаются множеством оттенков. Алые, голубые, оранжевые, палевые пятна одежд на фоне сочной зелени усилены контрастным звучанием черного фона.
Праздничный колорит помогает создать атмосферу народного торжества- встречи светлого Ярилы.

Военные сюжеты в искусстве Палеха

Новые сюжеты дала палешанам Великая Отечественная война. Ее отзвуки слышались в искусстве Палеха и в послевоенные годы. Каждый художник шел к решению военной темы своим путем, обращаясь к символическим образам, достигая высот художественного обобщения, или же изображая конкретные события.
Своеобразное развитие военной темы нашел Геннадий Кочетов. В его "Тачанке"  как бы совмещаются две эпохи: гражданская война - в образе легендарной тачанки и недавние битвы, через которые прошел ее автор.
Художник воспользовался найденным Голиковым образом тройки, изображая летящую па полном ходу тачанку. Но в беге этих коней нет голиковской звонкой и веселой праздничности; отчаянный порыв, крайняя напряженность чудятся в мелькании копыт, в крутых изгибах шей.
Стремительное движение развертывается по диагонали из глубины заднего плана. Низко пригнувшиеся фигуры красноармейцев, резкие вспышки алого пламени усиливают драматизм момента.
Но в миниатюре реальная действительность переплетается со сказочностью.

Мы искренне верим, что "Тачанка" промчится сквозь огонь и взрывы невредимой, потому что в нее впряжены волшебные палехские кони.
Работа Кочетова отмечена чертами, свойственными искусству конца 40-х - начала 50-х годов. В это время художники порой забывали об условности, орнаментальности миниатюры, ее особой поэтичности. Стремясь внести убедительность, жизненность в свои произведения, мастера подчас увлекались подражанием станковой живописи. В "Тачанке" изображенные с излишним правдоподобием детали (обгоревшее дерево, отвалившееся колесо, густые клубы черно-серого дыма) придают композиции налет "картинности".
Своеобразный художественный язык палехского искусства утрачивает некоторые свои особенности. Рядом с тонким лоссировочным письмом слоями появляются густые слои краски, наложенной корпусно. Цвет теряет свою яркость, местами становится тусклым и невыразительным.

Слово "Палех" знакомо всем. Название села в Ивановской области стало синонимом удивительного искусства многокрасочной живописи но черному фону папье-маше. Сказочной феерией запоминаются зрителям огненные тройки, несущие ездоков среди морозных вихрей, жницы в окружении тяжелых золотых колосьев, герои пушкинских стихов и персонажи народных сказок. Краски произведений под прозрачным слоем лака полыхают и светятся, вспыхивают и перетекают друг в друга, линии рисунка прихотливо вьются или струятся плавно. Затейливый золотой узор дополняет изображение.
Как же возникло в Палехе замечательное искусство лаковой миниатюры?

 Стиль Палеха сложился под влиянием московской и ярославской школ древнерусской живописи. В XVII-XIX веках жители этого большого села занимались изготовлением икон. Делали их в свободное от полевых работ время. Некоторые мастера небольшую икону писали целый год. Они уделяли особое внимание отделке изображений и тщательно выписывали детали.
Работа над дорогими "многодельными" иконами воспитала у мастеров понимание многофигурных композиций. Благодаря стройности и изяществу удлиненных фигур, орнаментальной изысканности рисунка, иконы производили впечатление праздничности. Гамму росписи составляли ярко-красные, бирюзовые, синие, зеленые, желтые краски, дополненные золотом легких узоров.
Уже в XVII веке палешане пытались раздвинуть рамки религиозной тематики, насыщая изображения множеством эпизодов, занимательными деталями, отражающими жизненные наблюдения.
Опыт поколений и отточенное мастерство иконописцев предопределили путь развития нового искусства, возникшего в Палехе в начале XX века. Первое и второе поколение мастеров вышли из иконописных мастерских. Следующие воспитывались уже не только на традиционных приемах письма, но я на опыте своих учителей.
К созданию лаковой миниатюры мастера пришли не сразу. Пути их поисков проходили через роспись деревянных солонок, матрешек, шкатулок и тарелок. 

Зарождение Палеха.

В 1921 году И. И. Голиков, в будущем знаменитый художник, обратил внимание в Московском кустарном музее на изделия живописцев Федоскина, расписанные маслом по черному лаковому фону. Палехские мастера позаимствовали у федоскинцев технологию изготовления папье-маше, но для росписи применили темперу - краски, разведенные эмульсией яичного желтка.
Темпера в сочетании с золотом и серебром перешла к палешанам-удожникам от их предшественников - палешан-иконописцев.
Зачинателями нового искусства были семь мастеров. А. В. Котухин, И. И. Голиков, И. В. Маркичев, И. М. Баканов, И. И. Зубков, В. В. Котухин, А. И. Зубков в 1924 году организовали "Палехскую артель древней живописи". Это был союз талантов, людей смелых, не боящихся экспериментов. Со всей полнотой раскрылось индивидуальное дарование каждого, и в то же время коллектив художников выработал единый стиль палехского искусства.
Бывшие иконописцы преодолели сковывающие их творчество каноны средневековой живописи и создали новое, большое искусство Палеха. Для этого потребовались не столетия и даже не десятилетия. Творческий процесс шел удивительно быстро. Палех очень скоро узнали и полюбили и за рубежом, и в нашей стране, и с каждым годом любовь и уважение к мастерству палешан росли.
Российскому Палеху уже семьдесят лет. Лучшие работы, созданные более чем за полвека, привлекают внимание отточенностью форм предметов, радостным многоцветием, разнообразием сюжетов.
Мир палехского искусства порожден богатейшей фантазией художников. Она то увлекает их в историческое прошлое русского народа, то подводит к литературным произведениям, переносит зрителя с зимней вьюжной дороги в знойную пустыню. Вглядываясь в миниатюру, мы не только с интересом следим за сюжетом, но и восхищаемся мастерством, с которым выполнено произведение.
Искусство миниатюры требует от художника твердой руки, зоркости глаза и душевной чуткости. Иначе не будут переливаться самоцветами краски, золотые линии утратят свою гибкость и чистоту, а композиции - слаженность и ритмичность.

Палехская миниатюра и фольклор

Воля художника заставляет природу расцветать диковинными цветами, строит невиданные замки, наделяет высшими достоинствами изображаемых героев. Обо всем увиденном в миниатюре хочется говорить языком сказок: "девица-краса", "конь-огонь", "диво-дивное"...
Глубока и неразрывна связь палехской миниатюры с фольклором - и не только в темах. Она заложена в поэтичности образов, в плавном течении линий и ритмов рисунка, в постоянном ощущении праздничности. Художник может дать своему герою меткую характеристику, как в веселой народной сказке, а может наделить его былинной величавостью, песенной лиричностью.
Новое искусство палешан, их поиски и находки в это время как бы сконцентрировались в творчестве заслуженного деятеля искусств РСФСР И. И. Голикова (1886-1937). Он был вождем Палеха, выразившим в своих произведениях "вихрь, который сметает старое". Его "битвы", "охоты", "тройки" пронизаны страстностью.
В них полыхает насыщенный красный цвет, струятся упругие линии, вызывая ощущение стремительного движения, вихря.
В ритме сказочно-узорчатых линий, очерчивающих контуры фигур, чудится неистовая мелодия танца. Ей вторят гибкие ветви деревьев. Наряды девушек переливаются мягкими тонами красок. Особенно тепло светятся желтовато-палевый и приглушенный красный цвет. Легкая вибрация цветовых пятен усилена мерцанием золотого и серебряного узоров на тканях одежд.

Ювелирная миниатюрная роспись

В последнее десятилетие коллекция палехских лаков пополнилась произведениями, к росписи которых название "миниатюра" подходит очень точно. Это крохотные коробочки, бисерницы, марочницы, расписанные с удивительным мастерством.
Марочница "Сказка об Али-египтянине" (1962), исполненная народным художником РСФСР Б. М. Ермолаевым (р. 1934),- одна из первых работ, определивших это новое направление в искусстве Палеха 1960-1970-х годов. Оно отличается но только ювелирной техникой росписи и ее соответствием форме миниатюрного предмета, но и изощренностью фантазии, сложностью миниатюрных композиций, экзотическими сочетаниями красок. На стенках и крышке коробочки высотой 3,5 сантиметра Б. М. Ермолаев развертывает события сказки о каирском купце Али-египтянине, который потерял и вновь нашел свои сокровища и стал царским визирем.
Художник сумел уместить на маленькой поверхности изображения двадцати шести человеческих фигур и двух верблюдов. Филигранно тонкие линии очерчивают изящные фигуры, передают восточную негу, с которой восседают на коврах богатые купцы, царь, почтительно склоняются перед ним приближенные. Поражают глаз диковинные одежды - высокая чалма на голове, узорные ткани халатов. Они удивительно нарядны. Их звонкие краски ярко горят на золотом фоне, столь редком в искусстве Палеха.
В изображении сказочной природы и архитектуры художник обращается не к образам пейзажа Востока, а к традиционным иконописным формам построек и деревьев. Они превращаются здесь в экзотические дворцы и пальмы. Тончайшие штрихи, звучность цветовых всплесков помогают увидеть в этой миниатюре Восток, его пряную роскошь. Даже узкая кайма красного орнамента на крышке напоминает арабские письмена с их узорной вязью.

Производство хохломы

Прежде чем стать золотой, "хохлома"' бывает и серебряной и глиняной. Сперва "бельё" сушат, а затем шлифуют - убирают все мелкие шероховатости специальной шкуркой или на станке, а затем уже из царства золотистой стружки оно попадает к красильщику. Высушенное и отшлифованное изделие надо подготовить под роспись. Вначале его обмазывают льняным маслом, а затем особым составом - вапой или грунтом. Современные мастера называют наложение грунта-вапы грунтовкой. Вапа красновато-коричневого цвета, потому что в её состав входит глина. Обмазанная вапой кружка похожа на глиняную - под плотным слоем грунта совсем не видно дерева.
Грунтованное изделие высушили в печи, затем отшлифовали, и поверхность его стала гладкой и глянцевитой. После этого кружку несколько раз обмазали олифой - так, чтобы пропитался грунт и на поверхности его появилась липкая лаковая плёнка. К этой плёнке легко пристает полуда - измельчённый в порошок металл. В старину полудой служило олово, а сейчас - алюминий, тоже серебристый, лёгкий и дешёвый материал. Втирание полуды называется лужением. Лужёная кружка похожа на серебряную: полуда ровным слоем закрыла дерево, и, кажется, что кружка отлита из металла - она сияет матовым серебристым блеском. И только сейчас к ней может прикоснуться кисть мастера - красильщика. Художники работают ловко и старательно. Обычные их инструменты - тонкие кисточки, которые они часто делают сами из беличьих хвостов, "ляпушки" и небольшие баночки с красками. Итак, серебристая лужёная кружка расписана. Художник - красильщик закончил свою работу и уже положил последний мазок краски. Ну а как же золото? Когда мерцающее холодным металлическим блеском изделие заиграет радостным золотистым цветом? Этим последним таинством ведают лачила и печник. Раньше расписанное изделие покрывали несколькими слоями лака-олифы, а потом закаливали в печи при довольно высокой температуре. И сейчас лакированные вручную предметы закаливают в электропечи при температуре 160 -180 градусов. Современные лачилы покрывают изделие синтетическим жёлтым лаком из пульверизаторов-пистолетов. Под пленкой закалённого лака всё, что было в росписи серебряным становится золотым.

Встречаются хохломские росписи двух видов. В первом цветной орнамент выступает на золотистом фоне, во втором - на цветную поверхность нанесён золотой узор. Как это получается? В первом случае роспись называется верховой: художник поверх полуды пишет травки, ягодки и другие мотивы. После лачки и закалки полуда становится золотистой и узор идёт поверх золота фона. Во втором случае роспись сложнее, и называется она фоновой. Художник чёрной или красной краской рисует на полуде контуры будущего золотого узора - Кудрину, ягодки, листики, рыбок. Затем этим же цветом закрашивает оставшуюся поверхность. Получается серебристый узор на цветном-черном или красном фоне. Затем мастер делает приписку - жёлтой, зелёной, чёрной, если фон красный, и красной, если фон чёрный, красками наносит мелкие травки, бусинки, ягодки, листочки по фону. После лачки и закалки и получается золотой узор на цветном фоне. Теперь вы знаете, сколько умелых мастеров приложило своё старание, смекалку, художественное чутьё к созданию простых и необычных хохломских деревянных изделий. Здесь и токари, и грунтовщики, и лудильщики, и красильщики, и лачилы, и печники. И каждая работа важна и ответственна, потому что от каждого этапа зависит качество сделанного предмета.

 

Легенда о возникновении хохломы

 

Еще совсем недавно в сёлах Нижегородской области можно было услышать легенду о том, как пришла на волжскую землю "хохлома" и где она взяла свои огненные краски. Рассказывают, жил в давние времена в Москве мастер-иконописец. Царь высоко ценил его мастерство и щедро награждал за труды. Любил мастер своё ремесло, но больше всего любил он вольную жизнь и поэтому однажды тайно покинул царский двор и перебрался в глухие керженские леса. Срубил он себе избу и стал заниматься прежним делом. Мечтал он о таком искусстве, которое стало бы родным всем, как простая русская песня, и чтобы отразилась в нём красота родной земли. Так и появились первые хохломские чашки, украшенные пышными цветами и тонкими веточками. Слава о великом мастере разнеслась по всей земле.  
Отовсюду приезжали люди, чтобы полюбоваться на его мастерство. Многие рубили здесь избы и селились рядом. Наконец, дошла слава мастера и до грозного государя, и повелел он отряду стрельцов найти беглеца и привести. Но быстрее стрелецких ног летела народная молва. Узнал мастер о своей беде, собрал односельчан и раскрыл им секреты своего ремесла. А утром, когда вошли в село царские посланцы, увидели все, как горит ярким пламенем изба чудо-художника. Сгорела изба, а самого мастера как ни искали, нигде не нашли. Только остались на земле его краски, которые словно вобрали в себя и жар пламени и чернь пепелища. Исчез мастер, но не исчезло его мастерство, и до сих пор ярким пламенем горят хохломские краски, напоминая всем и о счастье свободы, и о жаре любви к людям, и о жажде красоты. Видно, не простой была кисть мастера - кисть из солнечных лучей.  
Такова легенда. Рассказывают её всегда чуть-чуть по-разному, и каждый любознательный сможет прочитать её в сборниках легенд и сказок Нижегородской области. Как и во всякой легенде, в ней много вымысла, но её правда в том, что большое мастерство и большое искусство сохраняются только тогда, когда передаются из рук в руки, от учителя к ученику. Так и случилось с "Хохломой".

Семёновская и ковернинская хохлома

В начале XX века крестьяне чаще покупали сделанную на заводах фарфоровую, фаянсовую и стеклянную посуду. У хохломских мастеров стало меньше покупателей. Да к тому же" поредели окрестные леса, не одно столетие вырубавшиеся для хозяйственных нужд и поделок. Мастера создавали изделий все меньше и меньше, роспись становилась грубее и проще. Но разве можно было допустить, чтобы погибло это искусство, так полно и ярко отразившее душу создавшего его народа? Раньше красильни принадлежали либо мастеру, который работал вместе с членами своей семьи и нанятыми учениками и подмастерьями, либо скупщику. Трудились красильщики по 16 - 18 часов в день, с самого раннего утра до позднего вечера. Писали, в основном, мужчины, а мальчики учились красильному делу с десяти лет. В той же избе, где они работали, варили олифу, сушили расписанные предметы, готовили на огне "полуду". В 1918 году в городе Семёнове открыли школу художественной обработки дерева, в которой стали учителями опытные токари и красильщики, приглашённые из сел Ковернинского района.  
Профессиональный художник Георгий Петрович Матвеев возглавил школу. Обучение новых мастеров росписи длилось три года. Вначале они долго и терпеливо повторяли образцы, нарочно сделанные для этой цели лучшими хохломскими художниками. Ученикам надо было "поставить руку" - добиться точности и быстроты в выполнении травных узоров, "круглого" фонового письма. Только после этого им доверяли придумывать орнаменты и расписывать ими предметы. Большим подспорьем стал созданный Матвеевым в Семенове музей кустарных изделий. Здесь будущие красильщики знакомились с лучшими произведениями безымянных мастеров прошедших времен и современных известных художников. В музее они могли встретить и наиболее удавшиеся работы своих товарищей по классу. В сёлах Ковернинского района по-прежнему существовали мастера-надомники; они получали заказы в артели, а расписывали посуду и мебель дома. Здесь долго не было специальной школы, профессионального обучения: ученики набирались умения под присмотром старших.       
Вероятно, поэтому мы сегодня говорим о двух школах росписи - семёновской и ковернинской (семинской) хохломе. Ковернинцы любят свободные кистевые мазки, живописные травные орнаменты. Деревенские жители, они чаще пишут дары поля и леса, в их узорах много непосредственных наблюдений и живой силы. Семёновцы - виртуозы изящной линии и сложных орнаментов. В их работах обычны затейливые Кудрины и часто встречаются новые для промысла мотивы: колосья, птицы, бабочки, рыбки.

Технические приемы хохломской росписи

Вы, вероятно, уже обратили внимание на главную особенность хохломской росписи: художник никогда не вычерчивает заранее чётких контуров в узорах. Даже прорисовка мелких деталей, где нужна очень тонкая линия-штрих, делается сразу мягкой кистью. Поэтому все линии в росписях, выполненные без предварительного рисунка,- это красочные мазки, они легки и подвижны.

Эта роспись непосредственно от руки кистью и родила кудреватость хохломских травок, мягкость очертаний лепестков и листьев. Нужно очень большое мастерство, точность руки и глаза для того, чтобы тонкой кисточкой провести эти изящные линии и прожилки, написать иногда очень сложные по рисунку узоры. Поэтому в работах учеников часто встречаются смазанные и неровные края, некоторая неловкость изгибов. Чтобы добиться точности линии, они рисуют вначале на кусочке стекла: на нём легче исправить работу, стерев неудавшееся.

Но хохломские мастера работают не только кистью. Посмотрите внимательно на орнамент "дождевик" - частые звёздочки-ромашки, расположенные по кругу. Он нанесён на изделие трафаретом.

Трафаретом, или штампиком называют особое техническое приспособление, помогающее оттиснуть всегда один и тот же узор. Этот узор вырезан на печатающей поверхности штампика, сделанного из дерева или фетра.

"Тычком", или "ляпушкой" называют хохломские художники кусочек овечьей шерсти, обмотанный вокруг палочки, или гриб-дождевик. Обмакнув "тычок" в краску, наносят горошины-ягоды, основу цветка, прозрачные спиральки.

В старинных изделиях трафаретом оттискивали квадратики, ромбики и другие геометрические фигуры. Штампик был незаменим тогда, когда за короткое время надо было расписать очень много изделий.

Наиболее распространенный трафаретный орнамент "дождевик" помещают обычно на внутренней поверхности ложек, которых в старину делали особенно много.

Теперь вы знаете технические приемы хохломской росписи - рисунок от руки кистью и трафаретный рисунок. Выполняются они масляной краской.

Современные художники очень часто на выставках показывают своё мастерство, сам процесс работы, на глазах у восхищённых зрителей расписывая предметы.

Зарождение золотой хохломы

Искусство хохломской росписи родилось очень давно. Вы, наверное, понимаете и сами, почему так трудно сказать, когда, в каком именно столетии это произошло, ведь дерево - недолговечный материал. Мастера расписывали бытовые предметы - мебель, посуду, домашнюю утварь. Никто не относился к ним как к произведениям искусства, хотя всегда ценились их красота и нарядность.

Состарившаяся утварь заменялась новой, поэтому до нашего времени дошло очень мало старинной "хохломы" и она бережно хранится в государственных музеях - художественных, исторических, краеведческих. Самым древним из них - около двухсот лет.

Создатели этих предметов - крестьяне заволжских деревень Нижегородской губернии, селившиеся среди густых лесов по берегам Керженца, Ветлуги и других небольших притоков Волги.

Волжские крестьяне - и те, что жили на "горах" - на высоком правом берегу, и те, что в "лесах",-издавна занимались разными ремёслами. Волга исстари была главной торговой рекой России, она соединяет северные и южные районы страны.

На многолюдные и богатые волжские ярмарки привозили товары по реке купцы со всех концов Русской земли, приезжали иноземные гости. И поэтому волжане промышляли, то есть делали вещи на продажу, которые легко можно было сбыть на базарах и ярмарках.

Постепенно рукоделие, ремесло становилось основным занятием крестьян многих сел, они уже не занимались хлебопашеством, а работали с утра до вечера в мастерских - токарнях, красильных, ложкарнях.

Крестьяне нынешнего Городецкого района расписывали деревянные игрушки и утварь, набивали узорами ткани, делали печатные пряники; крестьяне нынешнего Ковернинского района прославились своей деревянной посудой. В одних сёлах посуду вытачивали на токарных станках, а в других - расписывали.

Поначалу крестьяне сами продавали свои изделия, но это отнимало драгоценное время, поэтому вскоре скупать их стали скупщики: нерасписанные, "белые" изделия они перепродавали красильщикам, готовые предметы свозили на склады, а затем - на продажу в торговые сёла и городки. Хохлома - большое старинное торговое село в бывшей Нижегородской губернии.

В Хохломе были красильни, склады и торговые ряды, в которых продавали привезенный на подводах в красивых плетёных из луба коробах-плетюхах "хохломской товар" - нарядные золотистые миски, ложки, поставцы, бурлацкие чаши и братины - шаровидные сосуды с широко раскрытым венчиком-горлышком.

Это село, как вы уже догадались, дало название всему промыслу.

Хохломские изделия продавали и на базарах Городца, и на самой многолюдной ярмарке России - Макарьевской, располагавшейся у стен Макарьевского монастыря близ Нижнего Новгорода. В конце XIX века Макарьевская ярмарка была переведена в этот город и стала называться Нижегородской.

Многоголосая пёстрая ярмарка встречала гостей криками зазывал, спорами торгующихся, музыкой и песнями цыганских хоров. Крутились карусели, а в балаганах с яркими вывесками выступали артисты. Вечерами на украшенных цветами и лентами лодках, в сопровождении одетых в красные рубахи гребцов купцы катались по Волге. У пристаней пестрели разноцветными парусами и флагами волжские суда, которые потом сменили пароходы с цветными и разноголосыми трубами.

Отсюда вниз и вверх по Волге развозилась "хохлома" по деревням, сёлам и городам России, добиралась до Средней Азии, Ирана, Турции, Индии, заходила в Европу. В конце XIX и начале XX века хохломской промысел заслужил всемирную славу. Изделия русских мастеров покупали в Румынии, Болгарии, Норвегии, Франции, доплывали они и до берегов Америки, Африки, Австралии.

Хохломские предметы, нарядные и дешёвые, можно было встретить и в крестьянской избе, и в жилище ремесленника и торговца средней руки, и в нехитром скарбе солдат и бурлаков. Красоту этих простых изделий оценили художники, ученые, их стали покупать горожане.
   
В специально устроенных магазинах продавали для горожан детские миски, хлебные чаши, кружки, бокалы, солоницы, сахарницы, совки для муки, вазы, а также табуретки, кресла, шкафы и целые наборы мебели. Эти изделия показывали на всероссийских и всемирных художественно-промышленных выставках, мастеров награждали почётными дипломами, медалями и подарками.

Тайна хохломского золота

Россия - страна лесов. Здесь из дерева рубили и избы и богатые хоромы. Жарко пылающие в печи поленья и вставленная в светец лучина согревали и освещали избу. Сани, розвальни, дровни, телеги - нехитрый транспорт, чёлны, ладьи, струги, ботики и другие речные суда - всё делали из дерева.

Самые древние русские письма - берестяные грамоты, писанные на кусках бересты, и самая привычная в прошлом крестьянская обувь - лапти, плетенные  из внутренней части липовой коры - луба, деревянная мебель, посуда, хозяйственная утварь, детские игрушки - всё говорит о большой роли леса в жизни русского народа.

Богатое лесами Заволжье особенно славилось мастерами обработки дерева. Издавна из осины и липы здесь выделывали лёгкую и прочную посуду.

Дерево рубили и обтесывали топорами, распиливали на небольшие чурбаки-баклуши, теслом выдалбливали углублённые части предметов, а остальное доделывали ножом. У ложки, созданной ручными инструментами, часто не совсем правильная форма - на её поверхности можно увидеть горбинки, вмятины, ручка - гранёная. Всё это - следы работы резчика, каждая его ложка - единственная, ни одна из них в точности не повторяет другую.

Посуду вытачивали и на токарном станке. Станок был ручным, водяным или приводился в движение лошадью. Современные токарные станки - электрические.

У посуды, сделанной на токарном станке, ровная и гладкая поверхность, геометрически правильная форма. Каждая выточенная токарем ложка по форме в точности повторяет другую.

Токарю очень нужны смекалка, зоркий глаз и уверенная рука, потому что всю работу свою он выполняет во время вращения предмета. Вначале он закрепляет в станке на винт баклушу, затем, включив станок, металлическими резцами снимает с неё всё лишнее, чтобы получить из грубого бруска дерева красивую тонкостенную и округлую форму.
   
Простые миски, чашки, поставцы может выточить каждый обученный токарь. Более сложные формы - ковши-утки, ковши-петухи вытачивает не каждый мастер, а художник-умелец, человек, чувствующий законы построения ладной, красивой формы.

Выточенные изделия с нежной, слегка розоватой поверхностью обработанного дерева называются "бельем".

Несмотря на то, что хохломские предметы сделаны из дерева, его никогда не видно, а золотистая поверхность или узоры на цветном фоне изделий отливают мягким металлическим блеском.

Золото - благородный красивый материал - редко встречается в природе и поэтому очень ценится. Это - драгоценный металл. Из золота уже в очень давние времена создавали украшения и посуду. В России она подавалась на богатых царских трапезах и боярских пирах. Кроме того, сусальным или творёным золотом расписывали крашеную, чаще всего красным цветом, посуду.

Сусальным называют очень тонкие листочки этого металла, которые осторожно приклеивают на заранее отмеченные места, а творёным - мелкий золотой порошок, разведённый специальным раствором. Его наносили, как краску, кистью. Эти приёмы были известны иконописцам и миниатюристам - мастерам, украшавшим рисунками и орнаментами рукописные книги. Предметы и иконы, позолоченные таким образом, были дешевле изготовленных целиком из золота.

Мастера-иконописцы изобрели ещё один способ "дешёвой" позолоты: они покрывали олифой - варёным льняным маслом - листочки серебра и серебряный порошок, приклеенные к поверхности иконы. Жёлтая плёнка высохшей олифы на серебре была очень похожа на золото. Крестьянские мастера олифой стали покрывать не серебро, а олово-серебристый, довольно часто встречающийся металл. Так и появилась на крестьянском столе золотистая хохломская посуда.

Поначалу у хохломских чаш и братинок золотыми делали только венцы и плечики. Сам предмет покрывался чёрной или красной краской, а на этом цветном фоне писали пышные цветы, лепестки которых очерчивали белыми штрихами-оживками.

Золотистый, красный и чёрный - такое сочетание цветов можно встретить на многих предметах древнерусского прикладного искусства и произведениях народных мастеров.

Для "хохломы" эти цвета особенно важны: красный придаёт теплоту и мягкость искусственному золоту, а чёрный усиливает его сияние. Кроме того, круглые поверхности предметов не имеют резких контуров и рассеивают свет.
   
Итак, вы теперь знаете тайну хохломского золота.

Золотая хохлома.

На округлых золотистых боках хлебосольной чаши изображены ярко-красные и чёрные травинки, по тулову вазы изгибаются нежные листики и веточки с упругими, словно блестящими на солнце, ягодами чёрной смородины. На поверхности сахарницы, солоницы и поставца - так называется цилиндрический сосуд с крышкой - расцветают и вовсе нигде не виданные золотые цветы. А большой ковш "курица" напоминает добрую сказочную птицу. Как жар горят её причудливые перья, превращаясь в затейливые цветы и узоры.

Огненно-красный цвет ковша и золотое сияние узоров действительно вызывают ощущение жаркого пламени, огня. И недаром! Огонь превратил деревянные поверхности этих предметов в золотые. Они блестят золотистым металлическим блеском.

Почему предметы, о которых пойдёт речь, называются "хохломой " как рождаются они под руками умелых мастеров и чем отличаются от других произведений народного искусства?        

Гуляя в лесу, в поле, берегом реки, разве не удивлялись вы красоте родной земли, обильному разнотравью её лугов, над которыми в летний зной стоит сладкий медвяный аромат и гудят на все голоса мохнатые труженицы-пчёлы?

Ляжешь на землю и начнёшь рассматривать травинку за травинкой, цветик за цветиком, листок за листочком - сколько их, похожих и непохожих друг на друга! Тут и кудрявые ветки муравки, и узорчатая бахрома тысячелистника, и гибкие сабельки осоки. Все они стремятся вверх, навстречу солнцу, раскрыв зонтики, звёздочки, чашечки цветов -голубых, лиловых, жёлтых, белых.

Разве не останавливались вы в восхищении где-нибудь на полянке или в глухом заповедном уголке леса, заглядевшись на нежную весеннюю зелень, на чёрное кружево полуобнажённых ветвей среди багреца и золота осенних лип, берёз, кленов?

Всем сердцем любя родную сторону и любуясь ею, русские люди издавна не только воспевали в песнях и сказках её красоту, но и создавали простые предметы обихода, украшенные яркой нарядной росписью, в которой оживали любимые природные мотивы.

Истинными произведениями искусства становятся эти предметы - красивой формы, удобные в пользовании, мастерски исполненные. К ним относится и "хохлома".

Что изображают хохломские художники?

Знакомый трехпалый мохнатый листик, трогательная звёздочка цветка, изогнутая веточка и, конечно, она - маленькая капелька лесной сладости - земляничка.

Хохломские художники любят рисовать на поверхностях, своих изделий земляничку, малинку, ежевичку, крыжовничек, чёрную и красную смородинку, рябинку. Называют они ягоды ласково, и никогда даже один и тот же мастер не напишет их одинаково: чуть-чуть изменит очертания листа, по-другому изогнёт веточки, разбросает цветы и ягоды - и вот тот же самый мотив заговорит с; нами по-новому.

В этом разнообразии орнаментальных мотивов проявляются и богатство творческого воображения художника, и его мастерство, и его наблюдательность.

Присмотритесь внимательно, и вы сами увидите, что в природе никогда никакая форма и цвет не повторяются с точностью, а хотя бы чуть-чуть, но отличны.
   
Лист землянички может быть большим и маленьким, а ягодки - более круглыми или продолговатыми. Цвет у них, пока растут, всё время меняется - от белого, розового до ярко-красного и густо-малинового.

Вот и получается, что на одном и том же кустике вы не увидите разной формы, разного размера и цвета ягоды и листья.

Но даже одна и та же ягода, одно и то же растение изменчивы, становятся чуточку другими от утра к вечеру, от одного дня к следующему. Искусство хохломских художников отразило и эту их изменчивость.

Но мастера вовсе не стремятся показать растения в точности такими, какими мы их видим в лесу. Хохломские изображения декоративны - они в самом общем виде передают красоту живой жизни. Это орнаменты - украшения предметов. И поэтому впечатление постоянной текучести и переменчивости жизни художники создают изменением своего орнаментального мотива.

Хохломские узоры и орнаменты

Узор из цветов, трав и ягод называется растительным орнаментом. Хохломские художники так и говорят: "Пишу под растительный орнамент". Но видов этого орнамента в хохломской росписи несколько.

Самый любимый и стародавний из них - "травный орнамент", или просто "травка". Это удлинённые, слегка изогнутые былинки, написанные по три, по пять и больше - кустиком.

"Травка" отдалённо напоминает жительницу заливных лугов, прибрежий озёр и рек -осоку. Один из видов этого орнамента так и называется "осочка". Но всё-таки напоминает он эту живую травку очень отдалённо, или, как говорят художники, форма настоящей травки в этом орнаменте обобщена - художником сохранены только самые общие и главные её признаки.

Травка обычно пишется красным и чёрным цветом. Её основные широкие и длинные листья сочны, потому что на кисточку берётся много краски, и она ложится плотно на поверхность предмета. Кончики листьев написаны тонко, они кудрявятся, словно гнутся от ветра. Тонкие и частые штрихи-травинки по сторонам основного кустика и бусины-ягодки на длинных стебельках делают эту роспись особенно живой и изящной.

"Травка" - самостоятельный тип росписи, но она - обязательная часть любого растительного орнамента "хохломы". Очень часто среди кустиков и веточек чёрной, красной, зелёной или жёлтой травки художник помещает ягодки, цветы, птиц и рыбок.

Такой орнамент тоже называется "травным", или именем ягодки или цветка.
Словно огненное колесо, катится по дну чаш красивейший орнамент "пряник". Он состоит из ромба с розеткой и действительно похож на старинный узорный печатный пряник. Вокруг ромба вихрятся травки.

Узор из одиночных травок, бегущий по внутренней поверхности тарелок и больших чаш, называется "рыжиком"; а кустики трав, исходящие из одного центра по кругу, образуют розетку.

Хохломские узоры и похожи на живые растения и непохожи на них. Их внешний вид и все многочисленные свойства их формы и строения никогда не изображаются в орнаменте подробно и абсолютно точно. Так песня отличается от подробного рассказа, а рассказ - от записи наблюдения.

Художник в строении и форме растений показывает только самое заметное или, как говорят, самое характерное. Вы всегда узнаете травку, хотя написана она красным или чёрным цветом, и мастер не нарисовал прожилок, которые, если присмотреться внимательно, узорной сеточкой покрывают листья.

Хохломские росписи украшают предметы - чаши, ковши, стаканчики, вазы, округлые тулова которых как бы сами подсказывают художнику, куда изогнуть веточку, где рассыпать ягоды. Роспись подчинена форме предмета.

Но даже на плоскую поверхность они ложатся волнистым узором, потому что основу их, как и многих русских орнаментов, составляет затейливо изогнутая веточка.

Самые затейливые узоры называются "Кудрины". Травки превратились здесь в крупные кудри-завитки. Мелкою дробью колечек окружены причудливые цветы. Цветы и завитки-кудрины всегда золотые; словно перья сказочной жар-птицы загораются они на чёрном или красном фоне. Иногда среди прихотливого течения Кудрины современные мастера действительно рисуют эту птицу из народной сказки.

Пожеланием добра, благополучия и счастья с давних пор на Руси считались изображения цветущих кустов и плодов. Эту прекрасную традицию сохраняют сегодня хохломские художники, украшая обычные предметы нарядной росписью. И с ними в наш дом приходят красота и радость, которые щедро дарят нам мастера промысла.